Когда они шли по крыше, их тени двигались впереди. Тень мистера Блэквуда была в три раза длиннее тени Хоуи. Вид их удлиненных силуэтов, двигающихся бок о бок, заставил Хоуи почувствовать себя маленьким, но в то же время очень защищенным. Нет таких сумасшедших, которые могли бы причинить неприятности мистеру Блэквуду. И если Хоуи его друг, никто не сможет доставить неприятности и Хоуи. Никто не осмелится.

Впервые он заметил особую деталь черных сапог своего друга. Их носовая часть была сверху покрыта полированной сталью, как на альпинистских ботинках. Они были клевыми.

Когда Хоуи включил свой фонарик, мистер Блэквуд открыл дверь, ведущую под навес, с которого начиналась лестница. Он положил руку к Хоуи на плечо и сказал: «Поберегись, сынок, этот первый пролет крутой», — и Хоуи отметил, что его большая рука казалась еще больше, когда мужчина прикасался к нему.

— Где ваш фонарик? — спросил Хоуи.

— Внизу, в моих вещах. Но мне хватает света из окон. Я очень хорошо вижу в темноте.

На каждом этаже высоко на стенах были расположены многосекционные окна, но их было немного, и они были покрыты пылью. Хоуи подумал, что, может быть, если ты мечтатель и спишь в дневное время, это может сохранить твое зрение и помочь тебе видеть лучше в темноте. Может быть, он тоже станет мечтателем и будет спать днем.

На первом этаже, в задней части пустующего здания, когда Хоуи открыл защелку и положил свою руку на рычаг ручки, мистер Блэквуд сказал:

— Приходи утром, и мы позавтракаем вместе. Я расскажу тебе все о моей прабабушке, которая была кинозвездой.